Актер Иван Жвакин громко заявил о себе в сериале "Молодежка", где сыграл одну из ключевых ролей, но настоящая новая волна популярности накрыла его после приглашения в шоу "Ледниковый период". Там его поставили в пару с одной из главных звезд мирового фигурного катания - Александрой Трусовой, серебряным призером Олимпийских игр.
Про путь во "Льду", тренировках рядом с легендой, критике Татьяны Тарасовой и любви к "Спартаку" актер рассказал подробно и без прикрас.
---
Как Жвакин оказался в "Ледниковом периоде"
Иван признается: мысль о таком шоу у него мелькала давно.
Он не раз говорил агенту, что хотел бы попробовать себя не только в хоккейном амплуа, как в "Молодежке", но и в чем-то принципиально другом, максимально непривычном. В итоге именно агент однажды сообщил: в "Ледниковом периоде" срочно добирают участников.
Обычно кастинг проходит в начале осени, а съемки подводятся под Новый год. В этот раз все пошло иначе: набор затянулся, артистов собирали практически в декабре, а на полноценную подготовку оставался всего месяц.
При этом, по словам Ивана, стартовые навыки в фигурном катании у него отсутствовали как класс:
он никогда не тренировался на фигурных коньках и воспринимал этот вид спорта скорее как зрелище, а не как возможное поле деятельности. На фоне его хоккейного опыта лед вдруг раскрылся с совершенно другой стороны:
> "Это вообще другой мир. Хоккей и фигурка - как два разных вида Вселенной", - признается он.
---
"Фигурное катание придумали инопланетяне"
Жвакин до сих пор поражается, насколько "противоестественным" выглядит фигурное катание для неподготовленного человека.
Человек по природе не создан, чтобы нестись по льду на тончайших лезвиях и параллельно крутиться, прыгать, выполнять сложнейшие поддержки и шаги. По его словам, ощущения от первых тренировок были такими, будто он попал в другой физический закон:
- Фигурное катание придумали инопланетяне. Честно. Кажется вообще нереальным, что человеческое тело может так двигаться по льду и еще при этом выглядеть красиво.
---
Первое знакомство с Александрой Трусовой
Когда Ивану сказали, кто станет его партнершей, он испытал сразу целую гамму эмоций. До этого он не слишком внимательно следил за Олимпиадами и большими турнирами, но фамилия Трусовой была на слуху - ее невозможно было не слышать.
Узнав, что будет кататься в одной связке с серебряной призеркой Игр, он почувствовал, с одной стороны, огромную гордость, а с другой - очень человеческий страх:
Трусова для него - не просто титулованный спортсмен, а национальный символ:
"достояние России", как он сам говорит.
Именно поэтому поначалу он всерьез думал, тянуться ли в эту историю: осознавал ответственность, понимал, что рядом - звезда мирового масштаба, за которой пристально следят миллионы. Но отступать ему никто не позволил, и он сам себе тоже "заднюю" не включил.
---
"Я просто пришел работать": первые тренировки
Жесткости или мягкости от Саши он заранее не ждал - даже не успел об этом задуматься:
- Я шел не за образом строгого тренера или мягкой партнерши. Я шел работать. Встретились, познакомились - вышло довольно по-доброму. Она просто увидела мой уровень катания и все, - с улыбкой вспоминает он.
Реакция Трусовой на его первые попытки стоять на фигурных коньках была лаконичной. Никаких высоких ожиданий с ее стороны он не почувствовал:
Сначала Иван несколько недель занимался индивидуально с тренером: учился хотя бы уверенно стоять на льду, разбираться в базовой технике, понимать, как работает тело, где баланс и центр тяжести. И только после этого они стали собираться уже вдвоем и разучивать элементы для номеров.
---
Какой он видит Трусову
За это время у него сложился четкий образ партнерши.
Саша для него - человек с сильным характером, выросший в жесткой, конкурентной среде большого спорта. Он описывает ее как требовательную и очень дисциплинированную:
- Она точно знает, чего хочет. Если что-то нужно сделать - будет добиваться до конца. И к себе строга, и к партнеру тоже.
При этом самое ценное, что он от нее услышал, звучит неожиданно просто:
"Расслабься и получай удовольствие".
Парадокс в том, что выполнять этот совет было труднее всего. Жвакин признается, что поначалу чувствовал себя "белой вороной" на катке: вокруг - опытнейшие фигуристы, многие уже не первый сезон в шоу, а ему за минимальное время нужно выдать результат, да еще и рядом с олимпийской медалисткой.
---
Сложности общения и материнство Трусовой
Вопреки ожиданиям, с Трусовой они не проводили много времени за разговорами. Общение в основном ограничивалось тренировочным процессом: обсуждение элементов, номеров, правок.
Александра только недавно стала мамой, у ее малыша было всего около полугода, и приоритеты были очевидны. Она приезжала на каток, отрабатывала положенное, а затем стремительно уезжала домой - к ребенку.
- Я относился к этому спокойно. Это нормально, когда человек ставит семью на первое место, а тем более - маленького ребенка, - говорит Иван.
---
Скандальный месседж и "желтая" интерпретация
Повод для шума в медиа возник тогда, когда в своем канале Жвакин высказал неудовлетворенность тем, как, по его мнению, строятся тренировки. Его слова подхватили и исказили.
Он подчеркивает: писал для своей аудитории, в живой, полуироничной манере, не воспринимая это как публичное заявление. Не ожидал, что фразы вырвут из контекста и превратят в громкий заголовок о том, как он якобы обвиняет Трусову в недостаточной отдаче.
Если бы он заранее понимал, какой вал хейта это спровоцирует, он бы просто промолчал. Однако посыл исходно был простой:
- Я переживал за наш общий результат. Хотел, чтобы пара выглядела на льду максимально достойно. И чтобы главное условие проекта выполнилось: все возвращаются со льда живыми и здоровыми.
---
Как отреагировала Саша
О реакции Трусовой он говорит спокойно: сразу же после шума объяснил ей, что имел в виду, и подчеркнул, что не собирался говорить о ней плохо.
По словам Ивана, Саша отнеслась к ситуации с пониманием: она привыкла к повышенному интересу и к тому, что каждое ее слово и шаг разбирают под лупой. Для спортсменки, которая долгие годы живет в информационном поле мирового уровня, подобные всплески внимания - почти рутина.
---
Вопрос большого спорта: мешал ли "Ледниковый период" ее возвращению
Тему возможного возвращения Трусовой в большой спорт в их паре затрагивали аккуратно.
При подготовке номеров многие элементы сначала отрабатывались не с Иваном, а с тренером: все люди разные, у каждого свои пропорции и свой вес, и это сильно влияет на ощущения в поддержках и связках.
У Жвакина в контракте было фактически жесткое правило:
право на ошибку минимальное, травм быть не должно. Он осознавал, что не имеет права сорвать партнершу или допустить падение, способное повлиять на ее здоровье. Поэтому все восемь номеров он прожил в постоянной внутренней мобилизации:
- Первый номер был "запускательный", дальше уже пошла инерция. Но все равно каждый выход на лед - как впервые.
---
Первый прокат: страх, адреналин и никакой актерской игры
Перед дебютным выступлением эмоции зашкаливали.
Он вспоминает, что стоял у борта и думал: "Что сейчас будет? Как это вообще происходит? С чем это сравнить?". Дополнительный стресс добавляло и то, что в один день участники нередко готовили сразу по два номера.
В первый эфир ему повезло - выпуск для него оказался с одним выступлением. А затем ритм стал жестче: то по два номера подряд, то по три. В финальный заход шоу съемки шли три дня кряду - физически и психологически это было испытание.
В дебюте он практически не включал актерские ресурсы:
- Было не до образов и игры. Главное - техника безопасности. Я проверял, держу ли баланс, не подвожу ли партнершу, все ли делаю так, как отрепетировано.
---
"Дыхалки" не хватало, но с каждым номером становилось легче
Ближе к финалу сезона к усталости добавились новые задачи: в программах стало больше скоростных проходок и поддержек. Авторы шоу делали акцент на динамике, и пришлось столкнуться с тем, что фигурное катание - это настоящее кардио.
Особенное удивление у Ивана вызывало то, что большая часть проката проходит фактически на одной ноге - бесконечные выкаты, дуги, повороты:
- Приходилось работать и левой, и правой, но все равно какие-то вращения даются легче, какие-то сложнее. Я, например, полюбил повороты налево. А направо - уже так себе. Но на льду это приходилось грамотно прятать, чтобы зритель не заметил, где "нелюбимая" сторона.
По мере выхода новых номеров появлялось и чувство уверенности: элементы, которые казались невозможными еще в начале пути, начинали получаться все стабильнее.
---
Поддержки: "совсем другая реальность"
Отдельной темой для него стали поддержки. Поднятую над головой партнершу удержать на льду, да еще в движении, - другое измерение нагрузки.
Он признается, что раньше даже не представлял, какой комплекс усилий стоит за тем, что зритель видит как несколько красивых секунд в эфире: подготовка, отработка страховок, поиск удобных хватов, понимание, как распределить вес, чтобы не сорваться самому и не подвести партнершу.
Каждая правильно сделанная поддержка становилась небольшим личным триумфом и, как он говорит, "выходом в другую реальность", в которой ты вдруг осознаешь: да, вот это уже похоже на настоящее фигурное катание, а не просто на попытку удержаться на коньках.
---
Критика Татьяны Тарасовой: как это воспринимает актер
Отдельной линией через сезон прошла критика Татьяны Тарасовой. Ее комментарии в адрес участников проекта, в том числе и в адрес номера Жвакина и Трусовой, звучали жестко - но для самой Татьяны Анатольевны это нормальный стиль: она всегда говорит прямо.
Иван признается, что заранее был к этому готов:
- Если ты выходишь на лед в таком шоу, нужно принимать, что тебя будут оценивать без скидок. Тарасова - человек, который видел весь мировой спорт и воспитал чемпионов. Когда такой специалист делает замечания, логично не обижаться, а слушать и думать, что можно улучшить.
Он подчеркивает, что куда болезненнее было бы услышать равнодушие. А строгие слова, даже если задевают, все равно работают как дополнительный стимул: не расслабляться, не уходить в образ "артиста на коньках", а уважать жесткие стандарты фигурного катания.
---
"Спартак" в жизни Жвакина
Вне льда у Ивана есть еще одна большая спортивная привязанность - московский "Спартак".
Клуб он болеет давно, и, по его словам, любовь к красно-белым - из той категории чувств, которые не зависят от турнирной таблицы. В победах и поражениях он остается с командой, а на стадионе получает особую энергетику, близкую к той, что бывает перед выходом на лед или на сцену.
Он отмечает, что эмоции от футбола и от участия в "Ледниковом периоде" похожи: в обоих случаях ты оказываешься в большом общем поле - адреналин, шум, атмосфера праздника, и при этом огромная ответственность перед людьми, которые на тебя смотрят.
---
Чему научил его "Ледниковый период"
Оценивая весь опыт участия в шоу, Жвакин видит в нем в первую очередь школу выносливости и уважения к труду фигуристов.
Он признается, что до этого не представлял, какой объем физической и психологической работы стоит за каждым гладким, "легким" номером в эфире. Теперь, глядя на любые соревнования по фигурному катанию, он воспринимает их иначе:
- Ты знаешь, как болят мышцы, как тяжело эмоционально, как страшно бывает перед новой поддержкой. И от этого еще сильнее восхищаешься теми, кто делает четверные и сложнейшие связки.
Для него самого участие в проекте стало и профессиональным ростом: он по-новому увидел, как можно работать с телом, пластикой, эмоцией, как переносить актерский опыт на совершенно другую территорию.
---
"Трусова - достояние России": итог партнерства
Отношение к Александре Трусовой за время проекта у Ивана только укрепилось. Он по-прежнему называет ее "достоянием России" - именно так, без пафоса, но с заметным уважением.
Он уверен: для такой спортсменки участие в подобном шоу - не просто развлечение, а очередной вызов и способ остаться в форме, продолжать радовать зрителей и держать интерес к фигурному катанию.
И если зритель видел в эфире легкость и красоту, то для Жвакина за этой картинкой навсегда останутся километры льда, десятки часов репетиций, падений и побед над собой - и опыт работы рядом с человеком, который уже вписал свое имя в историю мирового спорта.